Афганистан. Часть II. Города

17–19, 21 апреля 2013

В середине ночи рейс из Стамбула отправляется в сторону Кабула. Я засыпаю под гул турбин. Через несколько часов самолет садится. Еще темно, сон в каждом глазу. Смотрю в окно — а там довольно-таки крупный аэропорт. Большой, красивый. Ничего себе, как афганцы развились. И столько самолетов стоит. Я предполагал, что аэропорт в Кабуле будет скромнее.

Оказалось, в самолете обнаружился чей-то включенный мобильный телефон. Никто из пассажиров не признал его своим, поэтому пилот решил через три часа полета вернуться обратно. Все вышли в здание аэропорта, всех проверили, весь багаж просветили рентгеном, после чего снова расселись по своим местам.

И полетели на этот раз уже точно в Кабул.

Кабул

Я ожидал встретить дымящиеся останки. А встретил довольно милый цветущий азиатский город.

Тут все мирно и спокойно.

Пыльно немного.

Но вполне оживленно.

Когда-то советский народ построил здесь несколько микрорайонов.

Сегодня эти дома считаются прекрасным местом для жизни. Везде белье по-домашнему сушится.

Одна из афганских черт — безграмотность. Поэтому слово «микрорайон» здесь превратилось в «макрорейан». В каждом квартале стоит проспонсированный местным сотовым оператором оранжевый информационный щит с номером квартала, количеством квартир и пр.

Карусель с ручным приводом.

На каждом шагу стоят аппараты для пополнения счета на мобильном телефоне.

Гидрант.

Светофор.

Помойные баки.

Вообще, город на удивление чист. Его убирают и подметают с утра до вечера.

Везде рабочие в оранжевых комбинезонах.

Милая улица.

Оживленный уголок.

Дом-рынок.

Ковер с калашниковым.

Лепешки, свежие лепешки.

Почтовые ящики цвета пустынной униформы и удивительных форм использовать не рекомендуется. Скорее всего, почту оттуда никто не забирает.

Таксофон.

Граффити.

При виде этого знака водитель автобуса остановится.

Когда-то в Кабуле ездили троллейбусы. С приходом талибов их забросили, сложили в депо и не трогали десять лет. В прошлом году все продали в Пакистан на металлолом. Провода давно срезали. Вот все, что осталось от некогда обширной троллейбусной сети:

В центре города есть крупный холм, который называют Телевизионной горой. Сверху — антенны всех типов.

Холм заселен бедняками.

Здесь мусорные баки тоже есть, но уровень загаженности на порядок выше.

Вид сверху с дорогой, уходящей в дымку.

В дымке стоит дворец Тадж-Бек, в котором в 1979 году был убит руководитель страны Хафизулла Амин.

Амина советское правительство решило убить, потому что подозревало в дружбе с США. Вечером его с гостями отравили, но ничего не подозревающие советские же врачи откачали товарища. Ночью того же дня его убила в рамках секретной операции группа русского спецназа на танках.

* * *

Дорога из столицы на северо-запад проходит по горам. Тут много рек, поэтому напор воды в шлангах бесплатный. Шланги в рекламных целях не снабжают кранами.

Здесь находится известный тоннель Саланг.

Внутри него такая пыль и грязь, что ничего не видно.

А дорога такого плохого качества, что грузовики ложатся на бок, если неаккуратно водят.

Система тут такая: один день грузовики едут в одну сторону, на следующий день — в другую. Ночью движение закрыто. Километры фур стоят вдоль перевала, ожидая своей завтрашней очереди.

Самый частый мотив в оформлении грузовиков — сердце, пронзенное кинжалом, из которого капли крови капают в сосуд или чашу.

А кинжалы тут затачивают остро.

Мазари-Шариф

Унылые ворота на въезде примерно соответствуют общей унылости города.

Каждый столб замотан разноцветными электрошнурами, которые светятся по ночам.

Между тротуаром и дорогой обустроены арыки (как в Джубе, Алма-Ате, Тегеране или Душанбе).

Современная военная база.

Рукопожатие.

Зеленый.

Красный. У пешехода на красном в Мазари-Шарифе руки всегда висят до колен.

Таксофон.

Город известен коврами. Хотя афганские ковры в принципе довольно неинтересны. Персидские в сто раз лучше.

Еще город известен тем, что здесь расположена могила имама Али. Тысячу лет назад какому-то мужику из Мазари-Шарифа приснилось, что имам Али похоронен именно тут, поэтому мужик построил мечеть. На самом деле имам Али похоронен в иракском Эн-Наджафе.