Израиль

8—15 октября 2003

Тель-Авив — современный в меру бездушный город с небоскребами и аккуратными трущобами. Единственная радость — распивание кофе и других напитков на общедоступной пляжной полосе. В Москве иногда очень не хватает такой песчаной набережной с морем.

В смысле посмотреть интереснее находящийся рядом средневековый город-район Яффо.

Я завидовал местным, которые все друг друга знают, пока надо мной не пролетел Носик (aka dolboeb).

Через час мы уже пили вместе кофе на пляжной полосе.

Время от времени попадаются надписи на русском.

По-моему, Израиль — единственная страна, где знак парковки отличается от общеевропейского. Над буквой P тут пририсована буква П (Х на иврите).

Пешеходные переходы оборудованы как ворота в иной мир. Мигают мигалки, стоят указатели, а в знаке, висящем над зеброй, установлена лампа, освещающая всю композицию. Пешеход везде похож на хасида.

Маразматическая система: каждая трехфонарная секция имеет отношение только к одному направлению, а сверху висит знак со стрелкой, показывающей, собственно, в каком направлении ехать.

Причем, поскольку эти стрелки ночью подсвечиваются, красный, сливаясь с синим, превращается в розоватый. А некоторые стрелки покрашены желтым (типа, внимание), который, сливаясь с синим, превращается в зеленый. Ничего удивительного, что тут одна из самых печальных статистик ДТП.

Зато гениально сделан знак «разворот запрещен». Диагональ зачеркивает не всю стрелку, а только одну ее половину. Наглядность запрета повышается в два раза.

Носик арендовал машину из серии «Милый дядюшка Макс, мы вполне можем обойтись „Фольксвагеном“» и мы поехали в Иерусалим.

По дороге нам попался танковый музей под открытым небом. Танков очень много, и все разные.

Некоторые — с дидактическим уклоном.

Иерусалим находится в горах, и этого одного было бы достаточно, чтобы считать его прекрасным.

Носик оказался потрясающим гидом. Для начала он отвел меня к парикмахеру, где и сам постригся.

Свозил к Мертвому морю, которое находится ниже уровня моря. По пути установлена отметка, показывающая, где должен быть уровень.

Купаться тут не стоит. Я только опустил руку в воду, а потом минут пять пытался смыть мертвую воду, которая по консистенции и приставучести похожа, скорее, на нефть.

Количество живых библейских реалий переполнило мой буфер обмена минуте на третьей. Я запомнил лишь, что моя гостиница выходит окнами на геену огненную. На вид — милое местечко.

Ночью была экскурсия по старому городу. Встречалось все больше и больше знакомых — и московских, и виртуальных.

Пройдя рамки металлоискателей, можно постоять у стены плача.

Храм гроба господня окружен километрами торговых рядов. Короткого некоммерческого пути не существует. Хотя ночью все лавки закрыты.

Зато днем — нет.

Храм никак не охраняется. Солдаты сами пришли на экскурсию.

Свечи снаружи склепа украшены электрическими лампами.

Я зашел один. Внутри стоял гроб господен. Я спросил его, не против ли он, что я пишу слово «бог» с маленькой буквы. Он оказался не против.