Испания и Португалия (часть II, окончание)

7—9 мая 2004

7 мая

Проницательный читатель уже догадался, что в Гранаде, после 8-часового марафона из Барселоны, я потратил на поиски отеля не меньше часа. Только ночью. В бешенстве из-за отсутствия вменяемых указателей, я ездил по одним и тем же улицам, которые оказались спальной окраиной этого и без того спального окраинного города.

Больше всего на свете я ненавижу то, что в Европе вечером все закрыто. Ночью в Гранаде работали только наркотическая дискотека и очень сомнительного вида сендвичная, похожая на операционную с двумя маньяками — отцом и сыном. Мне пришлось им рисовать на бумаге свинью (похрюкав в дополнение) и кусок сыра, чтобы они поняли, с чем надо сделать сендвич.

Зато в этом городе есть такая площадь:

Исторический центр микроскопический, но приятный, как во всех остальных пятиста городах с историческим центром, оставшихся в Европе.

У центрального собора продают специи.

Но я их не беру, нет, я мчусь в Уэльву, где надо успеть сдать машину.

В Уэльве я увидел конец света — заводы, стоящие на подъезде к городу. Их вид рождает в голове только одно: желание устроить революцию. К сожалению, передать все ощущение конца света, снимая на ходу, невозможно.

Машину надо было сдавать на вокзале. Я выбрал этот пункт с расчетом на то, что прямо там куплю билет и поеду в Лиссабон. Выяснилось, что с этого вокзала поезда вообще почти никуда не ходят, а в Португалию — тем более. При осмотре машины обнаружилось, что я сбил по дороге три птицы и пять тысяч насекомых. ¡Да здравствует аэродинамика!

С железнодорожного меня отправили на автобусный вокзал. Там мне популярно объяснили, что автобусы в Португалию начнут ходить завтра вечером. Но, обнаружилось, что я еще могу успеть на автобус, который может успеть в Аямонте, откуда уже скоро отойдет последний паром в Португалию. Успел.

Водное расстояние в 500 метров между двумя странами оказалось волшебным. Место, куда приходит паром, было совершенно другой страной. Курившие на пристани таксисты все прекрасно говорили по-английски. Еще десять минут назад испанский билетер пытался понять, чего я хочу, а у него все равно в продаже нет ничего, кроме билетов до Португалии, которая напротив. Люди на вокзале рассказали все про расписание, про то, куда и как надо сесть и где пересесть. Ехать надо было в город Фару и ночевка там была неизбежна.

8 мая

Фару оказался милейшим, тишайшим городом, но, почему-то, с крупным аэропортом. Хорошо, что я успел тут побывать до футбольного чемпионата.

Много аистов.

Апельсины.

И умопомрачительный склеп.

Отсюда — на поезде в Лиссабон. Еще один паром — и я в точке Б.

9 мая

Лиссабон бесконечно интересен.

Много-много улочек на разной высоте.

И много мелких деталей.

Бешеная красота.

Тут сохранились в первозданном виде витрины магазинов XIX века. Все то, что в других городах вешают в виде фотографий по коридорам: «вот как мы выглядели сто лет назад».

Надо сказать, что на расстоянии португальская речь интонационно совершенно не отличается от русской. Идешь по городу, стоят наши, говорят. Подходишь — а они по-португальски.

Португалия настолько хороша, что ни у кого не хватит трафика смотреть мои восторги.

10 мая, рано утром

На быстрой перемотке домой. Шереметьево — как много в этом звуке для сердца русского слилось. Лучший шлюз обратной адаптации. Тут всегда бесконечно отвратительная зона паспортного контроля, поганое свинцовое небо и пыльные грузовики ЗИЛ с крашеными темно-болотно-зеленым бортами. За час, пока едешь в центр, успеваешь привыкнуть и снова полюбить Москву.